Прочел «Когда мы перестали понимать мир» Бенхамина Лабатута. Мне очень
понравился «The MANIAC», а познаний в испанском не хватает. Рискнул
прочесть в переводе П. А. Казанковой.
В этой записке — только про опыт чтения перевода; содержательно про
книжку как-нибудь в другой раз.
В книжке про ученых встречается, например, «молекула синильной кислоты,
состоящая из одного атома азота, одного атома углерода и одного атома
калия». Когда видишь такое — появляются и сомнения в качестве перевода
прочего. Текст сложный. Другие переводы той же переводчицы на Флибусте —
любовные романы.
А вот есть такой странный момент: в переводе встречается фраза «Эйнштейн
написал элегию на смерть Шварцшильда и зачитал ее на похоронах ученого».
Звучит даже как-то глупо — какая еще элегия, чай не Джей Ди Вэнс?
Речь Эйнштейна
в немецком оригинале определяется как Gedächtnisrede — «речь,
посвященная памяти». Не элегия, конечно. При этом по-английски то же
самое называется eulogy — уже возможна путаница, и ошибка
переводчика.
Я открыл английский перевод (Эдриан Натан Вест), и там «Einstein wrote a
eulogy for him after his death, and read it aloud during his
funeral». Кажется, все ясно — русский перевод на самом деле с
английского (название, кстати, явно переведено с английского —
по-испански книжка называется «Un verdor terrible»), и переводчица
ошиблась. Но! в испанском оригинале Лабатута: «Tras su muerte, Einstein
le dedicó una elegía, que leyó durante su funeral» — то есть
снова элегия!
Получается, что ошибся Лабатут (видимо, читал про речь Эйнштейна в
английской литературе), в английском переводе переводчик исправил эту
нелепость, а в русском она была бережно сохранена.
Первая глава книги в переводе называется «Прусская синь» (Azul de
Prusia, Prussian blue). По русски этот цвет чаще называют «берлинская
лазурь»; я решил изучить, насколько распространено наименование
«прусская синь». Первые результаты по запросу «прусская синь» в
Яндексе — статьи с названием «берлинская лазурь» и списками синонимов,
но отдельно «прусская синь» тоже встречается. На второй странице выдачи
мне встретилась
любопытная запись — художница Евгения Ермакова рассказывает о своей работе «Прусская
синь, или последнее слово о нацизме», вдохновленной книгой Лабатута в
русском переводе.
Не знаю, как относиться к сумме этих явлений.
Вот
статья про синие красители, весьма познавательная.